На Третьей лунной имелось несколько комнат отдыха, где ученые могли расслабиться, побеседовать в спокойной обстановке. Порог одной из них, помещения Б, в девятнадцать ноль-ноль и переступил Эл Мейсон.

Он облегченно вздохнул, не увидев никого из администрации. Зато его поджидали пятеро коллег – программист Чэм Брустер, биохимик Моури Робертс, криогенщик Лен Гарфилд, микробиолог Дейв Херст и Нат Брайан, специалист по физике твердого тела.

Мейсон, улыбаясь, оглядел присутствующих и устроился в кресле, мурлыкая под нос знакомую всем песенку:

Сэм Брустер оторвался от микропленки и посмотрел на него.

– Боже, Мейсон, ты действительно впадаешь в детство? Тебе уже нужна няня. Что же будет дальше?

– Он начнет сосать кулак, – предположил Лен Гарфилд.

– Все дело в химикатах, которые используются в гидропонике, – добавил Моури Робертс. – Они воздействуют на обмен веществ и…

– Достаточно! – Мейсон поднял руку, призывая к тишине. – Возможно, кто-то из вас помнит, что утром у меня возникла идея.

– Ура! – воскликнул Гарфилд. – У Мейсона идея!

Мейсон нахмурился.

– Не надо оваций. Итак, продолжим. Сегодня за завтраком я понял, что порошковое молоко встало у меня поперек горла. Но где взять натуральное? И ответ пришел сам собой. Натуральное молоко можно получить только от коровы!

– От коровы? На Луне? – фыркнул Сэм Брустер.

– Она станет пастись у тебя в теплице, – усмехнулся Моури Робертс.

– Вы еще успеете пошутить, а пока дайте мне закончить. Я не хуже вас понимаю, что ни на нашей базе, ни вообще на Луне не найдется места для живой коровы. И Земля никогда не разрешит привезти ее сюда – слишком велики расходы на космические перевозки. Но все мы мастера своего дела, сказал я себе. У нас есть специалисты во всех областях знания. Так почему, почему мы не можем построить корову?